Фазы сна: глубокий, REM и что реально важно
Циклы, глубокий сон и REM: зачем каждая фаза, сколько её нужно и почему цифрам «глубокого сна» из браслета не стоит верить.
Циклы, глубокий сон и REM: зачем каждая фаза, сколько её нужно и почему цифрам «глубокого сна» из браслета не стоит верить.
Часы считают пульс покоя каждую ночь бесплатно. В когортах он предсказывает смертность, но легко путается с тренированностью и вчерашним бокалом вина.
Алоэ на подоконнике есть почти в каждой семье, и рецепт «срезать лист, смешать с мёдом, пить натощак» передаётся от бабушки к внуку. Разберём честно: что.
Эндотелиальная дисфункция — самая ранняя стадия атеросклероза, и она обратима. Разбираем, что её ломает, что чинит и почему «чистка сосудов» не работает.
«Частоты для концентрации и сна» — слабые и противоречивые данные. Мозговые волны не подстраиваются, а эффект даёт расслабляющая музыка и плацебо.
Почему после тяжёлого дня рука сама тянется к сладкому — и почему «возьми себя в руки» не работает. Механизм заедания без вины и доказанный план.
Пародонтит связывают с инфарктом, диабетом и Альцгеймером. Где связь доказана, где причинность лишь вероятна, а где красивая гипотеза провалилась.
Ботулотоксин доказанно разглаживает мимические морщины, но не омолаживает кожу. Разбираем механизм, данные РКИ, длительность и риски без маркетинга.
Конкретные рычаги насыщения через физиологию, а не силу воли: белок, объём еды, вязкая клетчатка, скорость. И что из «помощников» вас обманывает.
Лаборатории продают пакеты из тридцати позиций. Собираем компактную панель из восьми: что сдавать, как часто и за что не платить.
Часы метилирования ДНК сильны в науке о смертности, но как персональный трекер за $300 в год они измеряют в основном лабораторную погрешность. Разбираем честно.
Вагус стал вирусным, а вокруг него выросла гора мифов. Разбираем, что нерв реально делает, что на него влияет по науке и где начинается маркетинг.